бесплано рефераты

Рефераты


рефераты   Главная
рефераты   Искусство и культура
рефераты   Кибернетика
рефераты   Метрология
рефераты   Микроэкономика
рефераты   Мировая экономика МЭО
рефераты   РЦБ ценные бумаги
рефераты   САПР
рефераты   ТГП
рефераты   Теория вероятностей
рефераты   ТММ
рефераты   Автомобиль и дорога
рефераты   Компьютерные сети
рефераты   Конституционное право
      зарубежныйх стран
рефераты   Конституционное право
      России
рефераты   Краткое содержание
      произведений
рефераты   Криминалистика и
      криминология
рефераты   Военное дело и
      гражданская оборона
рефераты   География и экономическая
      география
рефераты   Геология гидрология и
      геодезия
рефераты   Спорт и туризм
рефераты   Рефераты Физика
рефераты   Физкультура и спорт
рефераты   Философия
рефераты   Финансы
рефераты   Фотография
рефераты   Музыка
рефераты   Авиация и космонавтика
рефераты   Наука и техника
рефераты   Кулинария
рефераты   Культурология
рефераты   Краеведение и этнография
рефераты   Религия и мифология
рефераты   Медицина
рефераты   Сексология
рефераты   Информатика
      программирование
 
 
 

Дипломная работа: Классификация литературных образов

Дипломная работа: Классификация литературных образов

Содержание

Введение. 2

Глава 1. Типология художественных образов. 11

Глава 2. Православно-языческий синкретизм в образной системе русских заговоров  27

Глава 3. Специфические особенности художественных образов заговоров  40

Заключение. 47

Список литературы.. 49

Приложение. 52


Введение

Своеобразным видом обрядового фольклора являются заговоры. От прочих жанров фольклора они выделяются тем, что представляют собою средства для достижения определенной практической цели.

Существует много определений этого жанра. Самое общее определение заговора: "заговор (заклинание) – в устном творчестве разных народов словесная формула, якобы имеющая магическую силу". [1] В.П. Аникин подразумевает под заговорами следующее: " традиционная, ритмически организованная словесная формула, которую человек считал магическим средством достижения различных практических целей". [2] По словам

С.М. Толстой, заговоры – "малые фольклорные тексты, служащие магическим средством достижения желаемого в лечебных, защитных, продуцирующих и других ритуалах". [3]

Впервые образцы заговоров приводятся в сборнике И.П. Сахарова "Сказания русского народа"[4], изданные в 1841 году. Позднее этот фольклорный и этнографический материал переиздается. Затем небольшое количество заговоров публикуется в журналах "Отечественные записки",

"Библиотека для чтения", в некоторых номерах "Губернских ведомостях" и т.д. Некоторые заговоры приводятся А.Н. Афанасьевым в исследовании "Поэтические воззрения славян на природу". [5]

В конце XIX - XX в. в. заговоры публикуется в различных академических сборниках и журналах. Кроме публикаций текстов заговоров появилось множество научных работ и исследований, посвященных заговорам.

Заговоры как объект научного изучения стал рассматривать А.Н. Афанасьев и Ф.И. Буслаев. Они обсуждали вопрос о сущности и происхождение заговора. Возникновение заговоров они относили к так называемому "эпическому периоду", когда мифологическое творчество достигает своего расцвета. Они считали, что заговоры - это первоначально молитвы-мифы, обращенные к древним языческим божествам.

Буслаев Ф.И. писал: " заклинания идут непосредственно от периода языческого…, стоят теснейшей связи с первобытной эпической поэзией, входят в древнейшей эпический миф как отдельные эпизоды"[6].

А.Н. Афанасьев конкретизировал этот тезис и определил заговоры как обломки древних языческих молитв и заклинаний. Он подразумевал под заговорами: "... первоначально это молитвы, обращенные к стихийным божествам". [7] По мнению А.Н. Афанасьева, задача исследователя заключается в том, чтобы раскрыть в позднейших заговорах их первоначальное содержание как натуралистических мифов, мифов-молитв, обращенных к стихийным божествам.

Ф.Ю. Зелинский также изучал вопрос происхождения заговора, считая, что развитие происхождения заговоров шло от чар, которые возникли из примет, к заговорам. Если чару выразить в словесной формуле, присоединить к обрядовому действию словесную формулу, мы получим заговор: "Мы выразим на словам чару и её цель и получим формулу заговора". [8]

Большой интерес к заговорам проявили русские поэты-символисты. Известный поэт А.А. Блок посвятил заговорам специальную статью[9], в которой глубоко раскрыл их большую и неповторимую поэтичность. К своей статье А.А. Блок приложил подробный библиографический список сборников заговоров и заклинаний, а также ряд работ по данной теме. Из академических исследований, этнографических трудов поэт извлекает то, что важно интересно для символического познания мира, в данном случае через заговоры. Величайший поэт начала XX века глубоко ощущает разницу в восприятии природы современном человеком и первобытным. Для первого, знание, религия, тайна поэзии – разные понятия, поэтому между ним и природой существует непреодолимая бездна. Для первобытного человека - всё это - одно, поэтому он ощущал природу как равное себе. Заклятия, синкретическое магическое действие, становиться в интерпретации Блока фактом искусства. Блок утверждает, что в первобытном сознании происходит совпадение понятий красоты и пользы. Поэтому, считает поэт, необходимо более пристально изучать поэтику заговоров и заклинаний.

Самой значительной работой по заговорам является книга Н.Ф. Познанского "Заговоры"[10], изданная в 1917 году. В этой работе ученый рассматривает историю собирания и изучения заговоров, дает определение жанра, анализирует особенности содержания и художественной формы заговоров, устанавливает связь заговоров с различными обрядовыми действием. Н.Ф. Познанский строит "генетическую" теорию заговоров, исходя из общего положения о возникновения заговоров из чар, выдвинутого Потебней и Зелинским. Он рассматривает чары как более раннюю ступень развития, а заговоры – более позднюю. Причину появления словесного текста при заговорном действии Н.Ф. Познанский усматривает в постепенном забывании первоначального смысла действия. Н. Познанский писал: "Слово первоначально только поясняло действие". [11] В дальнейшем в результате сосуществования в заговорах словесной формулы и обрядового действия последнее, по мнению учёного, начинают отмирать и словесная формула продолжает развиваться уже без всякого отношения к обряду. Таким образом, автор работы не ссылается на ассоциацию, не рассматривает сравнения как она заговора, он пытался выдвинуть новую аргументацию, ссылаясь на забывание.

Е.Г. Кагаров написал работу "Словесные элементы обряда". [12] Данная работа привлекает внимание, прежде всего тем, что он использует не только древнегреческий, но и славянский материал. Учёный определяет внешнюю структуру заговора, называя постоянные элементы, сопоставляет со структурой молитвы, пытается создать математическую формулу построения заговора.

Интерес представляет работа В.П. Петрова "Заговоры"[13], которая была написана для трёхтомника "Русский фольклор". Впоследствии трёхтомник издан не был, но в мае 1939 года В.П. Петров прочитал доклад о заговорах на всесоюзной конференции. В ней автор анализирует предыдущие исследования по заговорам, останавливается на освещении вопроса о связи слова и образа. На большом фактическом материале В.П. Петров доказывает, что в заговоре действие и слово равнозначны по своей функции как средства, приемы для достижения определенной практической цели. Некоторые разделы статьи посвящены поэтике заговоров и их мировоззренческой сущности.В.П. Петров анализирует заговоры различной тематики и показывает, что каждый художественный образ заговоров не является самостоятельным и самодовлеющим, а подчинен целевой установке заговора и имеет функциональный характер.

Богатырев П.Г. в своей статье для учебника[14] уделил внимание специфическим особенностям заговоров. Он дает определение этого жанра, его функции, объясняет использование сравнения как стилистического приема; приводит композиционные схемы заговора, обращает внимание на поэтику заговора.

Последние десятилетия дали много интересных работ фольклористов и этнолингвистов, темой которых были заговоры. Назовем только

Н.И. Савушкину[15], А.М. Пескова[16], В.Л. Кляуса[17], а также участников симпозиума "Этнолингвистика текста. Семиотика малых форм фольклора", проведенного в 1988 г. Институтом славяноведения и балканистики РАН. А также вспомним специальный выпуск "Исследований в области балто-славянской духовной культуры", изданным тем же институтом (1993).

Например, в этом выпуске опубликована работа С.Г. Шиндина,[18] рассматривающая заговор как источник космогонической информации. Автор статьи охарактеризовал заговорную модель мира, проанализировал горизонтальные и вертикальные оси пространственной структуры текста и указал обязательность мотива: встречи героев заговора с потусторонними силами.

Достойна внимания статья Л.Н. Виноградова[19], подвергающая анализу заговоры от детской бессонницы. Учёный определяет, и анализируют вокативные формулы, основные мотивы и композиционный строй данных текстов.

Научное исследование А.В. Головачева[20] заниматься изучением картины и модели мира в структуре заговоров. Автор статьи пишет: " Центральным понятием является картина мира как комплекс знаний о мире, об устройстве и функционировании макрокосмоса и микрокосмоса". [21] Ученый считает, что тексты заговоров помогают постичь и расшифровать универсальные законы бытия. В этой работе анализируется языковой строй языка, в частности, о функционировании различных повторов.

Как мы видим, на протяжении многих лет этот жанр фольклора не переставали и не перестают изучать ученые. И в наше время публикуется ряд работ, посвященных анализу заговоров. Так, в 1999 году в свет вышел "Этнолингвистический словарь". [22] В словаре хорошо подобраны содержательные статьи различной тематики, в том числе и о заговорах. С.М. Толстая – автор статьи - дает наиболее полное определение заговора, приводит этимологическую справку о происхождении данного слова, рассматривает вопрос о сущности происхождения заговора, рассказывает об использовании заговора, объясняет цели и функции текстов, анализирует словесные элементы.

В настоящее время исследования продолжаются по изучению данного жанра. В основном, исследователи пытались выяснить сущность происхождения, создавали тематические классификации заговоров, определяли композиционный строй, а также анализировали языковые средства заговора. Мало изучена специфика образной системы заговоров. Поэтому в этом направлении необходимо работать. Данная исследовательская работа постаралась рассмотреть заговоры под новым углом зрения.

Данная работа называется: "Художественный образ в структуре русского народного заговора. Предмет исследования – сами тексты заговоров. Объектом же являются художественные образы, присутствующие в заговорах.

Цель нашего исследования заключается в том, чтобы проанализировать художественные образы в заговорах, выявить их специфику. Для достижения данной цели предполагается решение следующих задач:

ознакомиться и систематизировать основополагающие работы по данной теме;

рассмотреть образы, встречающиеся в заговорах, и разработать их классификации;

выявить христианские и языческие элементы в художественных образах;

раскрыть специфические особенности заговорного образа, основываясь на мифологической основе образов, охарактеризовать сопутствующие атрибуты-символы, объяснив их роль в структуре заговора.

Структура работы. Работа состоит из введения, трёх глав, заключения, списка используемой литературы и приложения, в котором впервые публикуется самостоятельно найденные тексты заговоров. Во введении рассматривается история вопроса, формулируются цели и задачи исследования, определяются методы исследования, выявляется научная новизна. Первая глава: " Типология художественных образов заговора", в которой анализируются и систематизируются образы, встречающиеся в структуре заговора. Вторая глава: "Православно-языческий синкретизм в образной системе русских заговоров", где изучаются христианские и языческие элементы в тексте заговора. Третья глава: " Специфические особенности художественных образов заговоров", раскрывает мифологическую основу некоторых образов, определяются символы-атрибуты. В заключении подводятся итоги исследования и намечаются перспективы дальнейшей работы.

Методологической базой являются научные труды Н Познанского, Петрова В.П., Кагарова Е.Г. и В.Я. Проппа. [23] Труды Н. Познанского и Кагарова Е.Г. предложили использование системного анализа. Петров В.П.

в своих научных работах применил сравнительно-исторический метод анализа фольклорных материалов. Структурно-типологический метод исследования, предложенный В.Я. Проппом, позволяет вскрыть единство, понять систему, найти нужное направление при изучении материала.

Следовательно, в данной научной работе были использованы: метод системного анализа, структурно-типологического и сравнительно-историческое изучение материала.

Разумеется, учитывался опыт литературоведческих работ по изучению художественного образа в системе литературы.

Положения на защиту.

На основании функционирования художественных образов в заговоре, их оппозиционных взаимоотношений предложены оригинальные классификации в данной работе.

Почти каждый художественный образ заговора имеет мифологическую основу. Предметы реальной действительности в контексте упоминания в структуре заговора, приобретают магическое значение, ввиду магической функции слова и обряда.

Эти образы обладают специфическими символами-атрибутами. Женские образы занимаются рукоделием, поэтому в их окружении находятся предметы, связанные с ним (иглы, веретено). Мужские образы заняты охотой, рыбалкой, а, следовательно, описываются различные виды оружия (копья, стрелы).

В структуре заговора присутствует православно-языческие элементы, это подтверждается использованием традиционных формул молитв; также наличие встречающиеся как христианские, так и языческие персонажи в структуре заговора.

Научная новизна данного исследования заключается в подробном изучении образной системы заговора, а также представлении оригинальных классификаций.

Материал данной работы позволит подготовить факультативные занятия в школе и семинары по этой теме в ВУЗе. Апробация работы производилась на специальных семинарах. Подготовлена публикация для научного альманаха " Гуманитарные исследования".


Глава 1. Типология[24] художественных образов

Центральным литературоведческим понятием данной работы является термин "образ". Приведем несколько объяснений данного термина:

1. "Образ художественный – конкретно-чувственная форма воспроизведения некой реальности в эстетических целях, основное средство создания "второй реальности" искусства вообще, воспроизведение жизни в образах…". [25]

2. "Образ художественный – категория эстетики, характеризующая особый, присущий только искусству способ освоения и преобразования действительности. Образом также называют любое явление. Творчески воссозданное в художественном произведении. Образ способен соотноситься с внехудожественными явлениями, вбирать внеположную ему действительность, отсюда господствующие в эстетических системах, устанавливающих специфическую связь искусства с не-искусством - жизнью, созданием. В художественном образе неразрывно слиты объективно - познавательные и субъективно-творческое начало"[26].

3. "Образ (др. -гр. эйдос - облик, вид). В составе философии и психологии образы – это конкретные представления, т.е. отражения человеческим сознанием единичных предметов (явлений, фактов, событий) в их чувственно воспринимаемом обличии. Они противостоят абстрактным понятием, которые фиксируют общие, повторяющиеся свойства реальности, игнорируя её неповторимо-индивидуальные черты, … Художественные образы создаются при активном участии воображения: они не просто воспроизводят единичные факты, но сгущают, концентрируют существенные для автора стороны жизни во имя её оценивающего осмысления. Воображения художника – это, следовательно, не только психологический стимул его творчества, но и некая данность, присутствующая в произведении". [27]

4. "…Образы всегда воспроизводят жизнь в её отдельных явлениях и в том единстве и взаимопроникновения их общих и индивидуальных черт, какие существует в явлениях самой действительности. … Для искусствоведов " образ" - не просто отражение отдельного явления жизни в человеческом сознании, а это воспроизведение уже отраженного и осознанного художником явления с помощью тех или иных материальных средств и знаков - с помощью речи, мимики, жестов, очертаний и красок, системы звуков… Свойство художественного образа – эмоциональность. Художественные образы отличаются эмоциональной выразительностью деталей. … Они содержат обобщение жизни только в самих себе, выражают их своим собственным " языком" и не требует добавочных пояснений". [28]

5. "Образ – это форма отражения действительности искусством, конкретная и вместе с тем обобщенная картина человеческой жизни, преображенной в свете эстетического идеала художника, созданная при помощи творческой фантазии. Художественный образ – одно из средств познания и изменения мира, синтетическая форма выражения и отражения чувств, мыслей, стремлений, эстетических эмоций художника. Его основные функции: познавательная, коммуникативная. Эстетическая, воспитательная. Только в своей совокупности они раскрывают специфические особенности образа, каждая из них в отдельности характеризует только какую-то одну сторону его; изолированное рассмотрении отдельных функций не только обедняет представление об образе, но и ведет к утере его специфики как особой формы общественного сознания. Художественный образ может научить человека как достойно жить в свете общественных идеалов его среды и времени. …Это способ исследования жизни…". [29]

В современном литературоведении выделяются несколько разновидностей и классификаций литературных образов. Возможна троякая классификация образов: предметная, обобщенно–смысловая и структурная.

Предметные образы подразделяются на ряд слоев, проступающих один над другом, как большое сквозь малое. К ним можно отнести образы–детали, отличительные свойства которых статичность, описательность, фрагментарность. Из них вырастает второй образный слой – фабульный, состоящий из событий, поступков, настроений и т.д. Третий слой – это образы, стоящие за действием. Это образы характеров и обстоятельств, обладающие энергией саморазвития и обнаруживающие себя во всей совокупности фабульных действий. Из образов характеров и обстоятельств в итогах их взаимодействия складываются целостные образы судьбы и мира, это бытие вообще, каким его видит и понимает художник.

По смысловой обобщенности образы делятся: на индивидуальные, характерные, типические, образы–мотивы, топосы, архетипы.

Индивидуальные образы созданы самобытным, подчас причудливым воображением художника. Характерные образы раскрывают закономерности общественно–исторические жизни, запечатлевают нравы и обычаи, распространенные в данную эпоху и в данной среде.

Типичность – это высшая степень характерности, благодаря которой образ перерастает границы своей эпохи и обретает общечеловеческие черты. Следующий образ: образ–мотив. Мотив – это образ, повторяющийся в нескольких произведениях. Топос ("общее место") - это образ, характерный уже для целой культуры данного периода или данной нации.

А образ–архетип заключает в себе наиболее устойчивые и вездесущие "схемы" или "формулы" человеческого воображения, проявляющиеся как в мифологии, так и искусстве на всех стадиях его исторического развития.

Структура образа включает в себя соотношение двух планов: предметного и смыслового, явленного и подразумеваемого, и поэтому подразделяется на две большие группы.

Первая группа состоит из автологических, "самозначимых" образов, в которых оба плана совпадают. Вторая группа – это металогические образы, в которых явленное отличается от подразумеваемого, как часть от целого, вещественное от духовного, большее от меньшего и т.п. Это всё образы–тропы: метафора, сравнение, олицетворение, гипербола, метонимия, синекдоха.

Таким образом, в литературоведении можно найти все разновидности образов. Конечно, в ходе исторического развития художественной образности меняется соотношение её основных компонентов: предметного и смыслового, которые тяготеют то к равновесию и слиянию, то к разорванности и борьбе, то к одностороннему преобладанию.

Как мы знаем, фольклористика собирает и исследует заговоры различной тематики. Заговоры подразделяются на следующие виды: на лечебные, любовно-брачные, "бытовые", "воинские", а также на различные социально-направленные.

Из этого большого фактического материала, записанного в ходе фольклорных экспедиций, самое большое количество было найдено именно заговоров от болезней. Люди испокон веков болели и болеют, в те далекие времена медицины как научной дисциплины не существовало, поэтому чаще всего прибегали к помощи знахарей, чародеев и ворожей. В работе будут проанализированы лечебные заговоры. Например, заговоры от истечения крови. В этих заговорах встречаются различные образы, но их можно свести к двум группам образов. Первая группа заговоров, где упоминаются образы, связанные с самой природой. Например: "Дерн дерись, земля крепись, а ты кровь у раба (имя рек) уймись" или "летит ворон через Черное море, несет нитку шелковинку, ты нитка оборвись, а ты кровь уймись". [30] Вторая группа заговоров, где встречаются персонифицированные образы. Чаще всего, это красна–девица, богатыри. Например: "На море Океане, на острове Буяне, девица красным шелком шила, нить не стала, руда (кровь) перестала"[31] или "лягу благословляясь, стану перекрестясь; выйду из дверей в двери, из ворот в ворота; погляжу в чистое поле – едет из чистого поля богатырь, везет вострую саблю на плече, сечет и рубит он по мертвому телу, не тече ни кровь, ни руда из энтова мертвого тела". [32] А также: "Стану я, раб Божий (имя рек), благословляясь, пойду перекрестясь из избы дверьми, из двора воротами, в чистое поле за воротами. В чистом поле стоит свят океан – камень, на святом океан – камне сидит красная девица с шелковой ниткой, рану зашивает, щип унимает и кровь заговаривает из раба Божия (имя рек), и чтобы не было ни щипоты, ни ломоты, ни опухали, тем моим добрым словом ключ и замок отныне до веку, аминь ". [33]

Приведем пример заговора, где призывается к Алатырю – камню: "На море на океане, на острове Буяне лежит бел, горюч камень Алатырь, сидит красная девица, живая мастерица, держит иглу булатную, вдевает нитку шелковую, руду желтую, замывает раны кровавые. Заговариваю я раба (такого – то) от порезу. Булат прочь отстань, а ты, кровь, течь перестань". [34]

Среди многочисленных заговоров от болезней особое место занимают заговоры от лихорадок. Эти заговоры очень интересны и по структуре построения, и по содержанию, где встречаются различные образы. В данном случае вспоминаются герои Евангелия и Священного Писания. Помимо христианских персонажей в заговоре встречаются образы, навеянные самой природой.

Например: "Осина, осина, возьми мою трясину, ай мне леготу! "[35] или "Стоит среди моря столп камень, у столпа сидит Симений и Сихайло и зрит с святым Симинием в море …", "… И услыша Господь бы молитву в посла к ним Силиния и Сихайла и четырех Евангелистов: Матфея, Луку, Марка, Иоанна Богослова …"[36]; "На горах афонских стоит дуб мокрецкой, под тем дубом стоят тринадесять старцев со старцем Пафнутием". [37] Кроме того, в данных заговорах встречаются упоминание о двенадцати Иродовых дочерях (дщерях).

Каждый из этих персонажей имеет свою функцию и имя, но в разных заговорах изменяются имена и функции. Неизменно только сакральное число – двенадцать. Приведем сводную таблицу, где будут наглядно представлено все упоминаемые имена и функции дочерей Ирода.

Сводная таблица имен и функции лихорадки

Имёна. Функции Имёна. Функции

Имёна.

Функции

Имёна Функции
Первая

Огния

"коего человека поймаю, тот разговориться"

Женнохолла (Трясовица)

"Трясу всякого человека"

Кашея Вящепца
Вторая

Ледиха

"человек не может в печи согреться"

Перемежающая,

дневная

"мучаю ежедневно"

Овена Бясица
Третья Желтая

Безумная

"С ума сбредит, мозги ворочаю"

Каса Преображница
Четвертая

Глохня

"тот человек может быть глух быти"

Переходная

"перехожу у человека с место на место"

Орыста Убийца
Пятая -------------

Скорбная

"человеку разные немощи делаю; подобна порчи"

Оледья Елина
Шестая

Юдея

"человек не может насытиться"

Расслабея

"расслабляю человека"

Ломея Подобляющая
Седьмая

Корчея

"тот человек корчиться, не пьет, не ест"

Пухлая

"ноги и все тело отекает и опухает"

Кашлея Имарто
Восьмая

Грудея

"лежу на грудях и выхожу храпом внутрь"

Тайная

"разные скорби творю; никто не может меня познати"

Горлея Урия
Девятая

Проклятая

"лежу на сердца; человек лежит трудно"

Белая

"Жар и огонь велик в человеке навожу"

Пухлея Изъедущая
Десятая

Ломеня

"ломаю кости и спину"

Противна

"ничего ненавижу, человеку во всем надоедаю"

Вертея Негризущая
Одиннадцатая Глядея "человек старого поймаю, тот не может жив бытии". Причудница " в человеки сижу, прячусь, когда меня выгоняют, через долгое время опять отрыгаюсь". Желтица Голяда
Двенадцатая

Огнеястра

"человека старого поймаю, тот не может жив быти"

Смертная

"усекнула главу Иоанна Предчети, до смерти мучает"

Горница Налукия

Причудница

"в человеки сижу, прячусь, когда меня выгоняют, чрез долгое время опять отрыгаюсь"

Желтица Голяда

Заговор от лихорадки. [38]

Заговор от всякой лихорадки. [39]

Заговор от лихорадки. [40]

Заговор от Трясовицы. [41]

Проводя сопоставительный анализ, замечаешь, что имена лихорадок разные. Название каждой из них определяет функцию её деятельности. Заметим, что последняя (двенадцатая) лихорадка чаще всего связана со смертью человека.

В заговорах от зубной боли, как разновидности лечебных заговоров, тоже просят помощи от сил природы, кроме этого встречаются герои из библейских сюжетов. Например, в заговоре просят помощь у крапивы: "Матушка крапивушка, святое деревцо! Есть у меня раб Божий (имя), есть у него на зубах черви, а ты оных выведи, а ежели на выведешь, то я тебя высушу; а если выведешь, то я тебя в третий день отпущу". [42] Например, "как камень сей крепок, так заканемей зубы мои крепче камня". [43]

В подобных заговорах можно встретить призывы о помощи к другим силам природы (животным, планетам, природным явлениям и т.д.). Например, "Заря зарница, красная девица, полунощница! В поле заяц, в море камень, на дне Лимарь. Покрой ты зарница мои зубы скорбны, своею фатою от проклятого Лимаря; за твоим покровом уцелеют мои зубы. Враг – Лимарь, откачнись от меня, а если будешь грызть, мои белые зубы, сокрою тебя в бездны преисподние. Слово мое крепко! ". [44] Или же "Месяц, ты месяц, серебряны рожки, златы твои ножки. Сойди ты месяц, сними мою зубную скорбь, унеси боль под облака, моя скорбь не мала, не тяжка, а твои сила могуча. Мне скорби не перенесть. Вот зубы, вот два, вот три, все твои, возьми мою скорбь. Месяц, ты месяц, сокрой от меня свою скорбь". [45]

Среди данных заговоров наблюдается совмещение художественных образов: евангелистские герои, образы языческой (славянской) мифологии и призвание к природе.

Например: "Марфа, Мария и Пелагея, три сестры Лазаревы, подите к своему брату Лазарю, спросите у своего брата Лазаря: не ломать ли у него кости? … Чудо водяной, возьми зуб ломовой у раба (такого то). Болят зубы у

кошки, у собаки, у лисицы, у волка, у зайца, у крота, у быка, у коровы, у свиньи, у лошади, у козла, у барана, у овцы… ". [46]

Также существуют заговоры, где встречается уже упоминаемый остров Буян, но есть один вариант заговора, где этот образ предстает в совершенно ином виде. Заговор: "Яост есть остров, яост полон людей, вень при своей простоте, и хвалится Архан на Русь побывать и Русь … и молюся я…". [47]

Конечно, заговорных текстов существует великое множество, но исследуем только некоторые из них. Самобытные образы предстают в заговоре от недугов красной девицы в болезни полюбовного молодца. Традиционно в этом заговоре рассказывается о красной девице, которая совершает разнообразные действия в защиту молодца, но ко всему этому добавляются предметы помощники.

Страницы: 1, 2


© 2010 САЙТ РЕФЕРАТОВ