бесплано рефераты

Разделы

рефераты   Главная
рефераты   Искусство и культура
рефераты   Кибернетика
рефераты   Метрология
рефераты   Микроэкономика
рефераты   Мировая экономика МЭО
рефераты   РЦБ ценные бумаги
рефераты   САПР
рефераты   ТГП
рефераты   Теория вероятностей
рефераты   ТММ
рефераты   Автомобиль и дорога
рефераты   Компьютерные сети
рефераты   Конституционное право
      зарубежныйх стран
рефераты   Конституционное право
      России
рефераты   Краткое содержание
      произведений
рефераты   Криминалистика и
      криминология
рефераты   Военное дело и
      гражданская оборона
рефераты   География и экономическая
      география
рефераты   Геология гидрология и
      геодезия
рефераты   Спорт и туризм
рефераты   Рефераты Физика
рефераты   Физкультура и спорт
рефераты   Философия
рефераты   Финансы
рефераты   Фотография
рефераты   Музыка
рефераты   Авиация и космонавтика
рефераты   Наука и техника
рефераты   Кулинария
рефераты   Культурология
рефераты   Краеведение и этнография
рефераты   Религия и мифология
рефераты   Медицина
рефераты   Сексология
рефераты   Информатика
      программирование
 
 
 

Особенности системы законодательства федеративного государства

Особенности системы законодательства федеративного государства

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

им. М.В. ЛОМОНОСОВА

 


ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

КАФЕДРА ТЕОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

И ПОЛИТОЛОГИИ

 



ОСОБЕННОСТИ СИСТЕМЫ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

ФЕДЕРАТИВНОГО ГОСУДАРСТВА

 

Дипломная работа

студента V курса

дневного отделения

Доброчинского Д.П.

 

Научный руководитель

кандидат юридических наук,

доцент Орехова Т.Р.

 

Дата сдачи работы:

Дата защиты работы:

Оценка:


Москва

2001 План работы:

 


Введение

Стр.  3

Глава 1. Система законодательства и система права (вопросы теории)

Стр.  4

Глава 2. Особенности системы законодательства Российской Федерации как федеративного государства: проблемы и тенденции

Стр. 26

Глава 3. Модели федерации и система законодательства

Стр. 52

Заключение

Стр. 73

Библиографический список использованных источников и литературы

Стр. 76

 

Введение



Изменения в государственном устройстве России и в жизни российского общества привели к необходимости регулирования новых отношений, которые раньше не существовали, либо не были охвачены правом. Поэтому изучение системы законодательства Российской Федерации является актуальным на современном этапе. Данная научная проблема находится на стыке изучения таких наук как теория государства и права и конституционное право.

Особый интерес представляет исследование федеративной системы российского законодательства. В федеративном государстве можно выделить два уровня системы законодательства, что является отличительной особенностью федеративного государства: федеральное законодательство и законодательство субъектов федерации, при этом система законодательства субъекта федерации находится в довольно сложном соотношении с федеральной системой законодательства.

Соотношение федеральных правовых актов и правовых актов субъектов федерации оказывает огромное влияние на состояние системы законодательства. Поэтому в работе затронут важный вопрос о распределении предметов ведения и полномочий в федеративном государстве. Актуальность данной темы ещё и в том, что вопрос о разграничении полномочий между Российской Федерацией и её субъектами до сих пор не решён до конца.

Обстоятельный анализ системы законодательства Российской Федерации как федеративного государства невозможен без сравнения с системами законодательства других федеративных государств. В работе будут приведены примеры различных моделей распределения предметов ведения в федеративных государствах и рассматриваются системы законодательства США, Германии, Австрии, Индии.

В работе использованы идеи и разработки, содержащиеся в трудах таких исследователей, как С.С. Алексеев, Л.М. Карапетян, А.С. Пиголкин, С.В. Поленина, Б.А. Страшун, И.А. Умнова, В.Е. Чиркин, Б.С. Эбзеев и других.

Автор настоящей работы не претендует на полноту исследования поставленной проблемы, тем не менее в работе даётся отражение сложившейся ситуации в федеративной системе законодательства, и приводятся, по возможности, варианты решения проблем.

Глава 1. Система законодательства и система права (вопросы теории)



Для исследования вопроса о системе законодательства в федеративном государстве прежде всего необходимо определиться с понятиями: “законодательство”, “система законодательства” и “система права”.

Исследование специальной литературы показывает, что понятие “законодательство” до сегодняшнего дня остается дискуссионным, его нормативное определение отсутствует. В правовых актах и научной литературе различают понятие “законодательство” в “узком” и “широком” смысле[1].

По мнению А.С. Пиголкина и М.С. Студеникиной, законодательство в широком смысле – это внешняя форма выражения объективного права, государственно-властное воплощение воли народа, её формальное закрепление в виде общеобязательных правил; весь комплекс издаваемых уполномоченными правотворческими органами нормативных актов, начиная с законов, принимаемых высшим представительным органом страны или непосредственным волеизъявлением народа в форме референдума, и кончая актами местного самоуправления, администрации предприятий и учреждений[2].

Фактически, законодательство трактуется в данном случае как совокупность всех издаваемых в государстве нормативных актов. Ныне подобное понимание законодательства заложено в ст. 2 федерального закона “Об основах охраны труда в Российской Федерации”[3]: наряду с законами к законодательству об охране труда относятся и иные нормативные акты РФ и субъектов Федерации.

Вместе с тем высказывается позиция, согласно которой включение ведомственных актов в законодательство возможно лишь при условии делегирования права их издания Правительством ведомствам[4].

Официальный источник – “Собрание законодательства Российской Федерации” публикует акты Парламента, Президента и Правительства, а также решения Конституционного Суда РФ, включая, тем самым, часть подзаконных актов в содержание термина “законодательство”.

Существует и “узкое” понимание законодательства. В рамках этого подхода можно выделить позицию, согласно которой “законодательство” есть лишь совокупность законов[5]. Данный подход отражен в ст. 3 Гражданского кодекса Российской Федерации[6], в соответствии с которой “Гражданское законодательство состоит из настоящего Кодекса и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов”.

С.С. Алексеев ранее понимал под законодательством совокупность всех нормативных актов, в том числе ведомственных[7]. Сейчас к законодательству он относит лишь совокупность законов, допуская возможность включения в законодательство иных нормативных актов при условии их издания в порядке делегирования законодательных полномочий[8].

А.С. Пиголкин и М.С. Студеникина полагают, что в узком, собственном смысле под законодательством понимается система нормативных актов, издаваемых высшими органами законодательной и исполнительной власти, т.е. законодательные акты и правительственные решения нормативного характера[9].

В условиях формирования собственно российского законодательства большую роль продолжают играть не утратившие силу акты бывшего СССР. Поэтому важно выяснить правовые акты каких органов бывшего СССР считались законодательными актами? В связи с тем, что в СССР отрицалась теория разделения властей, правом издания закона наделялись различные органы власти.

С учётом действующих нормативных актов СССР, на сегодняшний день к понятию “законодательный акт” можно отнести: Конституцию РФ, федеральные конституционные законы, федеральные законы, нормативные постановления Государственной Думы, нормативные постановления Совета Федерации, а также не утратившие силу законы и нормативные постановления Съездов народных депутатов СССР и РСФСР, не утратившие силу указы и постановления Президиумов Верховного Совета СССР и РСФСР, не утратившие силу и изданные до Конституции 1936 года декреты и нормативные постановления Совета народных комиссаров РСФСР, СССР, постановления ЦИК СССР и РСФСР, совместные постановления ЦИК и СНК, а также акты Совета Труда и Обороны, если они сохранились в качестве формально действующих[10].

Единственным критерием для отнесения принятых на различном уровне актов к законодательству в этих случаях является их нормативный характер. Закон, тем самым, теряет свою особую значимость. Неслучайно на практике появилась попытка разграничить понятие “законодательный акт” и “акт законодательства”. Как замечают М.И. Брагинский и В.В. Витрянский, без указания в каких-либо источниках молчаливо признавалось, если закон предусмотрел принятие “законодательного акта”, то это означало решение вопроса непременно в законе или приравненном к нему акте. Под “актами законодательства” подразумевались подзаконные акты – от указов Президента РФ до актов местных органов власти[11].

Наконец, под законодательством иногда понимается также деятельность органа законодательной власти по принятию законов. Законодательство в этом смысле – основная, наиболее важная форма правотворческой деятельности, олицетворяющая суверенитет народа[12].

Таким образом, исследование содержания самого термина “законодательство” свидетельствует о большом количестве теоретических вопросов, решение которых необходимо для совершенствования законодательства.

В современной правовой науке сложилось различное применение понятия или самого термина “система” к характеристике наиболее общих категорий позитивного права. Так, в теории, обращённой к внутригосударственному праву той или иной страны, применяются понятия “система права” и “система законодательства”, когда имеют в виду те или иные аспекты структурной дифференциации правовых норм или законодательных актов, сложившейся в данном государстве, в его “национальном” праве[13].

Под системой законодательства понимается единый по своей социальной направленности и назначению комплекс действующих нормативных актов государства, разделяемый на составные элементы в зависимости от характера регулируемых отношений в различных сферах жизни, а также от места органов, принимающих нормативные акты, в общей иерархической системе органов государства[14].

Система права – объективное, обусловленное системой общественных отношений внутреннее строение национального права, заключающееся в разделении единой по своей социальной сущности и назначению в общественной жизни, внутренне согласованной совокупности норм права на определённые части, называемые отраслями права и институтами права[15].

Несовпадение системы права и системы законодательства в науке рассматривалось по-разному.

Наиболее резкую позицию в вопросе о соотношении системы права и системы законодательства занял Р.З. Лившиц, который считал, что если и то и другое рассматривать как “систему норм”, то “дуализм понимания системы очевиден”. Если же право рассматривать как идеи, нормы, отношения, отказавшись от нормативного понимания права, а систему законодательства – как составляющие его отрасли, то “проблема отпадёт сама собой”; с этих позиций он и предлагал отказаться от системы права в пользу системы законодательства[16].

Большинство российских правоведов, в частности, И.Н. Сенякин, считают, что система законодательства и система права соотносятся между собой, как форма и содержание. Система права, по его содержанию – это внутренняя структура права, соответствующая характеру регулируемых им общественных отношений. Система законодательства – внешняя форма права, выражающая строение его источников, то есть систему нормативно-правовых актов[17].

В науке высказывались и другие мнения, но они не получили широкой поддержки. Так, В.П. Мозолин придерживался позиции, согласно которой система права является формой, а система законодательства содержанием, так как сущностная природа права выражается через систему законодательства, законодательство более подвижно, поэтому вносит изменения, поправки в систему права[18]. Видимо, в данной позиции сказалось традиционное признание в российском праве существования только такой формы права как нормативный акт.

Подавляющее большинство исследователей разделяют точку зрения, согласно которой система права носит объективный характер. А.С. Пиголкин, например, считает что в отличии от системы права, имеющей объективный характер, система законодательства отличается тем, что на её формирование значительно влияет субъективный фактор, обусловленный потребностями юридической практики, динамикой развития общественной жизни, необходимостью её эффективной, оптимальной регламентации[19].

Иная точка зрения была высказана Р.З. Лившицем. Он считал, что объективна лишь система законодательства, применительно к которой наукой должна строиться система права[20].

В свете изложенного, поставленные в данной работе задачи исследования законодательства РФ должны решаться путем рассмотрения законодательства как самостоятельного явления, тесно взаимосвязанного с правом.

Однако, в юридической науке вопрос о том: является ли законодательство системой, вызвал дискуссии. Его положительное решение давало возможность говорить о целостности, органичности законодательства - признаках, характерных для системы.

Высказывались мнения, что законодательство – это только систематика нормативного массива, осуществляемая с прикладными целями, для установления и устранения пробелов, противоречий между актами[21].

Позиция о законодательстве как системе обоснована многими авторами, например С.С. Алексеевым, С.В. Полениной[22]. Перед ними стояла задача выяснения признаков системы у законодательства: наличие связей, образующих единую целостность, и структуры.

Единство системы законов и иных нормативных актов обусловлено единством их содержания – выраженных в них юридических норм. Внешне оно характеризуется взаимосвязанностью актов и обусловлено с юридической стороны верховенством закона, а также объединяющей функцией кодифицированных актов.

Целостность системы законодательства проявляется также в его обширных внутренних связях. С.В. Поленина, пишет: “В философской науке различают системы органического и суммативного вида. Свойства последних представляют собой простую сумму свойств образующих систему элементов. Что касается органичных систем, то для признания их системного характера недостаточно наличия у них любого множества элементов, выполняющих определённые функции. Необходимо, чтобы они представляли собой целостные образования, обладающие элементами и структурой, которые способны изменять свою внутреннюю организацию под влиянием внешней среды”[23]. При этом по мнению С.В. Полениной, право, как и законодательство, относится к типу органичных систем[24].

С.С. Алексеев в отличие от С.В. Полениной не считает законодательство органичной системой[25].

Несмотря на установленную целостность и единство в законодательной системе, составляющие её нормативные акты выполняют специфические функции, регулируют различные стороны общественной жизни. Поэтому система законодательства характеризуется внутренней расчлененностью, дифференцированностью. Составляющие её нормативные акты вступают в большое количество различных связей и отношений, а потому образуют в рамках законодательства как системы целый ряд структур. Законы и подзаконные нормативные акты представляют собой в совокупности структурно сложную динамическую систему, взаимосвязанные звенья, которой сами представляют собой самостоятельные, причем тоже сложные системы.

Итак, система законодательства не совпадает с системой права. И.Н. Сенякин выделяет пять существенных различий между системой законодательства и системой права:

1.      Первичным элементом системы права является норма права, а первичным элементом системы законодательства выступает нормативно-правовой акт.

2.      Законодательство по объёму содержащегося в нём материала шире системы права, так как включает в своё содержание положения, которые в собственном смысле не могут быть отнесены к праву (различные программные положения, указания на цели и мотивы издания актов и т.п.).

3.      В основе деления системы права  на отрасли и институты лежат предмет и метод правового регулирования. Поэтому нормы отрасли права отличаются высокой степенью однородности. Отрасли же законодательства, регулируя определённые сферы государственной жизни, выделяются только по предмету правового регулирования и не имеют отдельного метода.

4.      Внутренняя структура системы права не совпадает с внутренней структурой системы законодательства.

5.      Система права носит объективный характер, а система законодательства в большей степени подвержена субъективному фактору и зависит во многом от воли законодателя[26].

От системы законодательства и системы права следует отличать понятие “правовая система”.

Долгие годы понятие “система права” рассматривалось как идентичное понятию “правовая система”. Характерным взглядом на данную проблему являются положения, высказанные Л.С. Явичем. Однако в последующее время при всём разнообразии взглядов на понятие “правовой системы” выработалось определённое совпадение по основным вопросам правовой системы. Её структуру определяют такие правовые явления, как: а) юридические нормы, принципы и институты (нормативная сторона); б) совокупность правовых учреждений (организационная сторона); в) совокупность правовых взглядов, представлений, идей, свойственных данному обществу, правовая культура. Отсюда можно сделать вывод, что категория “правовая система” шире, чем понятие “система права”, поскольку она характеризует не только состояние и взаимосвязь отраслей права, т.е. систему права, но и развитие и структуру законодательства – систему законодательства[27].

Как уже было сказано, система законодательства носит субъективный характер. Поэтому при рассмотрении структуры законодательства необходимо учитывать субъективные факторы: федеративное устройство государства, сложившуюся структуру государственного аппарата, степень разработанности уже имеющегося законодательства, волю законодателя и т.д.

В зависимости от специфики можно выделить: отраслевую (горизонтальную), вертикальную (иерархическую) и федеративную системы законодательства.

Отраслевая (горизонтальная) структура законодательства ориентирована на объективно существующую отраслевую структуру права.

Вопрос о критериях деления права на отрасли и институты постоянно находится в центре внимания учёных-юристов и является предметом обсуждения ряда научных дискуссий.

В ходе первой дискуссии (1938-1941 гг.) была отмечена важность выделения объективного критерия деления права на отрасли и институты, коим является предмет правового регулирования[28].

Предмет правового регулирования представляет собой совокупность качественно однородных общественных отношений, которые регулируются нормами, относящимся к той или иной отрасли права[29].

Однако классификация отраслей права только по предмету регулирования, по существу, сводила вопрос о системе права к вопросу о системе общественных отношений. Поэтому в ходе второй дискуссии (1955-1958 гг.) было признано необходимым помимо основного критерия (предмета правового регулирования) выделить и дополнительный критерий – метод правового регулирования[30].

Под методом правового регулирования понимается способ воздействия норм права на те или иные общественные отношения, на поведение людей[31].

В ходе третьей дискуссии (1982 г.) В.Ф. Яковлевым, С.С. Алексеевым и П.Б. Евграфовым было предложено в качестве системообразующего фактора вместо метода использовать механизм правового регулирования, принципы и правовой режим[32]. Но эта точка зрения не получила признания.

Горизонтальная структура законодательства, в которой основными звеньями выступают отрасли законодательства, наиболее близка к структуре права. Главные подразделения системы законодательства, так называемые основные отрасли, в своей основе соответствуют структуре права. Вместе с тем, при изучении соотношения системы законодательства с системой права выясняется, что законодательство, с точки зрения его отраслевой структуры, не совпадает с правом.

К примеру, С.В. Поленина следующим образом представляет данную ситуацию:

а) отрасль законодательства совпадает с отраслью права;

б) отрасли законодательства и права в основном совпадают;

в) большинство норм отрасли законодательства относятся к одной из отраслей права, оставшиеся нормы составляют лишь некоторую часть других отраслей;

г) отрасль законодательства не совпадает с отраслью права[33].

Рассмотрение особенностей этого вопроса в науке привело к выводу о существовании в законодательстве наряду с основными отраслями, совпадающими, в основном, с отраслями права, комплексных образований, в частности, отраслей других видов комплексов[34].

В.Н. Синюков считает, что в основе отраслевой (горизонтальной) системы законодательства лежат два критерия: 1) система права и 2) система отраслей государственного управления. В соответствии с этими критериями горизонтальная плоскость системы законодательства расчленяется на отрасли законодательства, соответствующие отраслям права (конституционное право – конституционное законодательство, гражданское право – гражданское законодательство и т.д.), и комплексные отрасли законодательства, выделенные применительно к сферам государственного управления экономикой и социальными отношениями (природоохранительное законодательство, сельскохозяйственное законодательство, транспортное законодательство и т.д.). Комплексная отрасль законодательства – своего рода нормативный массив актов над основной, базовой отраслью или отраслями законодательства. Последние представлены, в основном, в виде отраслевых кодексов (ГК, УК, ГПК, УПК, КЗоТ, КоБС и др.). Таким образом, отраслевая (горизонтальная) структура законодательства России состоит из образований разного уровня: надотраслевых массивов (комплексных отраслей), основных отраслей, подотраслей, институтов законодательства, нормативных актов[35].

Отрасли законодательства, совпадающие по содержанию с отраслями права, управляются основополагающими законами. Комплексные отрасли законодательства имеют двойное управление: и со стороны стоящего во главе комплексного закона, и со стороны соответствующих отраслевых основополагающих законов. Естественно, что “двойное” управление влияет на нестабильность комплексных отраслей[36].

С.А. Комаров высказал мнение, что концепция “комплексной отрасли права” – это отзвук давно преодоленного взгляда на систему права как сознательно создаваемую законодателем. Употребление термина “отрасль” к образованию, именуемому комплексным, некорректно, так как это понятие уже получило в юридической науке определенный объективный смысл. Поэтому ничем нельзя оправдать стремления использовать его для обозначения тех правовых массивов, которые образуются в результате сознательно проводимой систематизации права, приводящей к принятию комплексных актов[37].

Мы считаем, что комплексные отрасли законодательства можно рассматривать в качестве системных образований. Объединенные регулированием определенной сферы общественных отношений нормативные акты приобретают в процессе взаимодействия новые качества, и становятся системами.

Представление об отраслевой структуре законодательства даёт Классификатор правовых актов, утвержденный Указом Президента РФ от 15 марта 2000 г. № 511[38]. Но классификатор является лишь средством эффективной организации поиска правовой информации, поэтому его недопустимо использовать в качестве основания определения отраслевой структуры законодательства[39].

Обобщив всё вышесказанное, можно сказать, что отраслевую структуру современного российского законодательства можно представить как совокупность основных отраслей, комплексных отраслей и законодательных массивов.

Иерархическая (вертикальная) структура законодательства.

Главным признаком, определяющим место нормативно-правового акта в иерархической структуре законодательства, является его юридическая сила, которая выражает степень подчиненности данного акта актам вышестоящих органов. Юридическая сила акта зави­сит от объема компетенции органа, издавшего акт.

Для совершенствования законодательства необходим оптимальный выбор вида и формы нормативного акта при регулировании определенных общественных отношений. В свете данной проблемы необходима разработка и принятие закона о нормативно-правовых актах, проект которого принят Государственной Думой в первом чтении 11 ноября 1996 г. Однако, его рассмотрение отложено до неопределенного времени.

Существуют различные критерии классификации нормативных правовых актов. В зависимости от юридической силы они подразделяются на законы и подзаконные акты.

Вертикальная структура российского законодательства, по мнению А.С. Пиголкина, представляется в следующем виде:

1. Конституция РФ.

2. Федеральные конституционные законы.

3. Федеральные законы.

4. Нормативные указы Президента РФ.

5. Нормативные постановления Правительства РФ.

6. Нормативные приказы, постановления, инструкции и акты иных наименований министерств, государственных комитетов и иных центральных органов исполнительной власти.

7. Нормативные акты представительных и исполнительных органов местного самоуправления.

8. Нормативные акты, издаваемые администрацией предприятий и учреждений в пределах предоставленных им полномочий (локальные акты)[40].

Полагаем, что в вертикальную структуру законодательства также должны быть включены ратифицированные международные договоры и нормативные постановления Конституционного суда. Подробнее об этом будет сказано далее.

В иерархическую структуру законодательства не включены акты субъектов Федерации и акты органов местного самоуправления, поскольку их соотношение с федеральными нормативно-правовыми актами, будет рассматриваться в следующей главе настоящей работы.

Связующим звеном разнообразия правовых актов выступает Конституция Российской Федерации[41] (далее – Конституция). Согласно ч. 1 ст. 15 Конституции все законы и иные правовые акты, принимаемые в России, а значит, и в субъектах Федерации, не должны противоречить Конституции. Статьей 4 установлено верховенство Конституции и федеральных законов на всей территории Российской Федерации. Эти конституционные нормы придают Конституции особый статус в системе правовых актов, устанавливают единство правового пространства в России.

Существуют различные определения Конституции. В настоящей работе под Конституцией мы будем понимать правовой акт, обладающий высшей юридической силой, регулирующий основы организации государства и общества, а также основы взаимоотношения государства и гражданина[42].

Подобное определение указывает на высшее место Конституции в иерархической структуре законодательства. Все правовые акты должны приниматься в соответствии с ней и не должны ей противоречить. Законы и подзаконные акты, противоречащие Конституции, не имеют юридической силы.

Особое место Конституции подчеркивается предусмотренным в ней особенным порядком внесения изменений и принятия новой Конституции. Этот факт послужил выделению некоторыми авторами в самой Конституции нескольких уровней иерархии.

Так, В.А. Четвернин считает, что иерархия норм Конституции имеет 3 уровня: 1 глава, 2 и 9 главы, главы 3-8.[43]

Немаловажное значение для понимания места и роли Конституции в системе законодательства имеет указание ст. 15 Конституции на прямой характер ее действия. Однако, прямое действие норм Конституции осложнено особенностью конституционных норм: большое место в ней занимают нормы-принципы, нормы-цели, учредительные нормы, которые не содержат определенных правил поведения. Так, в ст. 7 Конституции закреплено: “В Российской Федерации охраняется труд и здоровье граждан...” Данное правовое положение имеет невысокую нормативную концентрацию. Поэтому Конституция выступает в качестве базы регулирования общественных отношений посредством принятия соответствующих законов.

В то же время сама Конституция предусматривает принятие федеральных конституционных законов, которые бы служили развитию ее положений. Поэтому некоторые авторы выделяют две формы прямого действия Конституции – непосредственное и опосредованное[44].

Вопрос о прямом действии норм Конституции нужно рассматривать в совокупности со ст. 18 Конституции, которая провозглашает также непосредственно действующими права и свободы человека. Данные положения Конституции устанавливают критерии деятельности органов государственной власти, в том числе правосудия. Указание на прямой характер действия Конституции дает возможность судам при рассмотрении споров по защите прав граждан выносить решения, основываясь только на нормах Конституции. Таким образом, прямое действие Конституции является одним из способов преодоления коллизий в праве. Это важно, так как федеральные законы часто корректируют содержание субъективных прав, сформулированных в Конституции, “размывая” тем самым прямое действие Конституции. К тому же традиционно в правосознании россиян преобладает мнение, что для регулирования общественных, отношений нельзя опираться на Конституцию, необходим закон, а еще лучше правовой акт исполнительного органа власти.

По вопросу о прямом действии Конституции большое значение имеет постановление Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31 октября 1995 г. “О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия”[45]. В нем указывается, что суд, разрешая дело, применяет Конституцию непосредственно:

“а) когда закрепленные нормой Конституции положения, исходя из  её смысла, не требуют дополнительной регламентации и не содержат указания на возможность её применения при условии принятия федерального закона, регулирующего права, свободы, обязанности человека и гражданина и другие положения;

б) когда суд придет к выводу, что федеральный закон, действовавший на территории Российской Федерации до вступления в силу Конституции Российской Федерации, противоречит ей;

в) когда суд придет к убеждению, что федеральный закон, принятый после вступления в силу Конституции Российской Федерации, находится в противоречии с соответствующими положениями Конституции;

г) когда закон либо иной нормативный правовой акт, принятый субъектом Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, противоречит Конституции Российской Федерации, а федеральный закон, который должен регулировать рассматриваемые судом правоотношения, отсутствует.

В случаях, когда статья Конституции Российской Федерации является отсылочной, суды при рассмотрении дел должны применять закон, регулирующий возникшие правоотношения”.

Несмотря на указанные проблемы, Конституция является главным правообразующим фактором. В процессе правотворчества и правоприменения происходит конкретизация конституционных норм, но при этом недопустимо отступление от буквы и духа Конституции.

Следующим звеном в иерархической структуре законодательства является закон. Закон – это принятый в особом, порядке правовой акт, обладающий высшей юридической силой и направленный на регулирование наиболее важных общественных отношений[46].

Закон обладает верховенством в иерархической системе законодательства, носит первичный характер. Другие правовые акты должны основываться на законе и не могут ему противоречить. Должна проявляться связь между правовой силой актов и кругом регулируемых ими общественных отношений. Чем важнее общественные отношения, тем выше по юридической силе должен быть правовой акт. При этом встает проблема определения важности общественных отношений. Принятие законов по “узким” вопросам общественных отношений, но рассчитанных на неоднократное применение, возможно. Это не должно приводить к мелочной регламентации общественной жизни.

В тексте Конституции можно найти различные варианты отсылок к закону: “закон” в собирательном смысле, федеральный закон, федеральный конституционный закон, закон субъекта Федерации.

Классификацию законов можно проводить по различным основаниям, в частности:

·        по юридической силе (федеральные конституционные законы и федеральные законы);

·        по сфере действия (федеральные законы и законы субъектов Федерации);

·        по внешней форме выражения (кодекс, устав, закон).

Итак, Конституция РФ предусматривает принятие законов в форме федеральных законов. Они принимаются Федеральным Собранием по предметам ведения Федерации, обозначенных ст.ст. 71, 72 Конституции РФ.

Федеральные конституционные законы в качестве самостоятельного вида впервые указаны в Конституции. Они имеют ряд особенностей. Согласно ч. 1 ст. 108 Конституции РФ, они принимаются по вопросам, прямо предусмотренным в Конституции.

Конституционные (органические) законы призваны регулировать наиболее важные общественные отношения. Высшая юридическая сила конституционных законов выражается также в особом порядке их принятия – требуется квалифицированное большинство голосов в обеих палатах Федерального Собрания (ч. 2 ст. 108 Конституции). Думается, что изменения в конституционные законы, хотя об этом не сказано в Конституции, должны вноситься в порядке, предусмотренном для их принятия.

Важным является установление взаимоотношений между федеральными конституционными законами и Конституцией. Прямое указание на соотношение их юридической силы в Конституции отсутствует.

На наш взгляд, фёдеральные конституционные законы есть способ конкретизации Конституции. Стоит согласиться, что в данном случае изменения в Конституцию не вносятся, а происходит развитие ее положений, в ходе которого Конституция фактически дополняется[47].

Часть 3 статьи 76 Конституции устанавливает приоритет федеральных конституционных законов над федеральными законами. Следовательно, последние должны соответствовать первым и стоят в иерархической структуре на ступень ниже. Федеральные законы принимаются по текущим вопросам общественной жизни. Для их принятия Конституция устанавливает менее сложную процедуру, чем для принятия конституционных законов.

В.А. Четвернин считает, что в силу ч. 2 ст. 40 ФКЗ “О референдуме Российской Федерации” федеральные законы, принятые в результате референдума, обладают большей легитимностью и не могут быть отменены Федеральным Собранием[48].

Интересна судьба законов о внесении изменений в Конституцию. Их особенный статус подчеркнут тем, что принят специальный федеральный закон[49].

Некоторые авторы среди федеральных законов выделяют приоритетный характер федеральных законов о ратификации международных договоров, так как ратифицированные ими международные договоры могут устанавливать иные правила, чем законы РФ, а потому в силу ст. 15 Конституции иметь приоритет[50].

Конституция подчеркивает высокий статус федеральных и федеральных конституционных законов, устанавливая их верховенство на всей территории России (ст. 4 Конституции). Данные положения исключают необходимость принятия на уровне субъектов РФ правовых актов о введении в действие федеральных законов, включения норм федеральных законов в правовые акты субъектов Федерации. Причем, считаем, что в данном случае речь идет о собирательном понятии “федеральный закон”, к которому относятся и конституционные законы.

Наибольшее значение в построении отраслей законодательства играют федеральные законы в форме кодексов. Кодифицированные акты обладают большой юридической цельностью, внутренней согласованностью, стабильностью.

Система отраслей законодательства в определенной мере отражается в системе кодификационных актов, но эти системы не тождественны. Не каждая отрасль законодательства представлена сейчас кодификационным актом, не каждый кодификационный закон выступает как основной акт самостоятельной отрасли законодательства.

По мнению М.И. Брагинского и В.В. Витрянского, кодексы, хотя и не относятся к федеральным конституционным законам, приравниваются к ним по юридической силе, так как занимают главенствующее положение среди правовых актов отрасли[51].

В федеративном государстве может приниматься такой кодификационный закон как Основы законодательства. Подробнее об Основах законодательства будет сказано во второй главе настоящей работы.

Большой удельный вес в каждой отрасли законодательства занимают подзаконные акты. Они издаются на основе и во исполнение законов. Их содержание не должно противоречить законам, выходить за рамки полномочий издавшего органа. По юридической значимости они делятся на нормативные и ненормативные, первые входят в состав законодательства.

К подзаконным актам российского законодательства относятся нормативные указы Президента Российской Федерации. В отличие от правоприменительных указов они содержат нормы права, имеют общеобязательное значение, рассчитаны на многократное применение. Возможность издания Президентом нормативных указов преду­смотрена ч. 1 ст. 115 Конституции.

Согласно ч. 3 ст. 90 Конституции РФ указы и распоряжения Президента “не должны противоречить Конституции Российской Федерации и федеральным законам”. Указанная формула вызывает ряд вопросов. В частности, должны ли указы соответствовать конституционным законам? Следует дать положительный ответ. Видимо и в данном случае термин “федеральный закон” употребляется в собирательном смысле.

Особые отношения актов Президента с законами объясняются тем, что согласно Конституции он не входит в систему разделения властей, соответственно акты, им издаваемые, во многом утратили исполнительно-распорядительный характер.

Издание “опережающих” законы указов обусловлено отсутствием в Конституции четкого и детального определения полномочий Президента, а также перечня вопросов, подлежащих урегулированию только законами.

Некоторые авторы положительно оценивают издание указов, носящих законодательный характер, так как они способствуют устранению пробелов в законодательстве. В.А. Четвернин даже разделяет указы Президента по юридической силе, считая, что указы Президента, изданные по вопросам, не урегулированным федеральным законом, выше по иерархии, чем указы, изданные на основании и во исполнение законов[52].

Соответствующее разъяснение по затронутым проблемам было дано Конституционным Судом Российской Федерации. Конституционный Суд установил, что Президент Российской Федерации действует в установленном Конституцией порядке, а в случае, когда этот порядок не детализирован, общие рамки полномочий Президента определяются принципом разделения властей и требованием Конституции, согласно которому указы и распоряжения Президента Российской Федерации не должны противоречить Конституции и законам Российской Федерации. Конституционный Суд указал, что точка зрения, согласно которой полномочия Президента могут быть реализованы только при наличии соответствующего закона, означает отказ от принципа прямого действия Конституции[53].

В любом случае полномочия Президента не должны выходить за рамки исключительных предметов ведения Федерации и круга ее полномочий по предметам совместного ведения Федерации и субъектов. Вместе с тем акты Президента являются гарантией целостности системы законодательства, так как обязательны для исполнения на всей территории Российской Федерации.

Правительство Российской Федерации принимает постановления, носящие нормативный характер. Они издаются на основании и во исполнение Конституции РФ, федеральных законов и указов Президента. Тем самым определяется их подзаконный характер.

По оперативным и другим текущим вопросам, не имеющим нормативного характера, Правительство принимает распоряжения, которые не входят в законодательство. К сожалению, в практике встречаются распоряжения, имеющие фактически нормативный характер.

Статьей 115 Конституции, ст. 23 Федерального конституционного закона “О Правительстве Российской Федерации”[54] установлена обязательность исполнения постановлений Правительства на всей территории Российской Федерации, чем подчеркивается их высокий статус в иерархической системе законодательства.

Конституция (ст. 115) предусматривает возможность отмены постановлений Правительства Президентом в случае их противоречия федеральным законам и указам Президента. Однако парламент не может отменить акты Правительства, тем самым соблюдается конституционный принцип разделения властей. Для разрешения вопроса парламент может обратиться к Президенту РФ, либо в Конституционный Суд РФ.

По своему содержанию акты, издаваемые Правительством, разнообразны, так как часть из них создается во исполнение Конституции, федеральных законов, указов Президента, а часть по вопросам собственной компетенции. С помощью этих актов регулируются важнейшие вопросы экономической, социально-культурной жизни. Часто постановления утверждают положения, правила, порядок. Думается, эти акты имеют силу постановлений.

Министерства, государственные комитеты и другие ведомства принимают правовые акты с различными названиями: приказы, инструкции, инструктивные письма и т.д. Такое многообразие приводит в правоприменительной деятельности к проблеме выяснения юридической силы акта.

Данные акты объединяет то, что они издаются органами власти, обладающими специальной компетенцией. Они являются подзаконными актами, принимаемыми на основе и во исполнение законов, указов Президента, актов Правительства. Распоряжением Правительства Российской Федерации от 11 октября 1994 № 1622-Р устанавливается, что нормативные акты федеральных органов исполнительной власти должны приводится в соответствие с вновь принятыми законами Российской Федерации, правовыми актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации в течение 30 дней после вступления их в силу, если в законе не указан конкретный срок[55].

Страницы: 1, 2, 3, 4


© 2010 САЙТ РЕФЕРАТОВ